Потерянные и найденные радиоволны: 11 альбомов июня

Второй альбом яростного металлического грайндкор-карнавала из Новосибирска. Квартет опытных участников тяжелой сибирской сцены придумал себе эффектный образ «сибирских реднеков». Теперь они выступают в костюмах реальных огородных пугал (хотя в дизайне их масок из мешковины однозначно считываются приветы отпрыскам штата Айова, вполне себе, кстати, сельскохозяйственного, из группы Slipknot) и рубят наотмашь короткий и лютый трэш-грайндкор, музыку бешеную, на качовую. Есть у квартета и секретное оружие ― за привычными для жанрами кровожадно-ехидными историями про уродство, социальные низы и расчлененку просвечивает достаточно точная и горькая критика сегодняшнего дня. То есть, это музыка, которая свирепо вытряхивает слушателя из штанов, заставляет задуматься о важном и одновременно засвечивает кирпичом в лицо, и все это на бешеных скоростях в рамках альбома длиной 10 минут.

Дмитрий «Крамб» Лапутин продолжает свой проект по пересборке собственного архива. В подзаголовке к этому релизу указано, что он собран из материала, сделанного с 2008-го по нынешний год. Без указаний заподозрить тут архивную работу со множеством исходников было бы непросто ― Лапутин, как всегда, мыслящий марафонскими хронометражами, собирает тут 20-минутное даб-техно полотно, в котором монотонный бит неспешно путешествует сквозь облака шумов. Больше, собственно, практически ничего не происходит, поэтому композиция кажется скорее цельной и монолитной, нежели собранной из выловленных из архива запчастей.

Тувинский этно-поп дуэт на своем новом альбоме размышляет о прошлом и будущем тувинской песни. Из прошлого они берут песни, которые исполнялись их музыкальными (и буквальными: участник дуэта Менги Монгуш ― племянник одного из музыкантов великой группы Huun-Huur-Tu) предками, и несут их в будущее, в котором традиционные мотивы и инструменты оформляются аранжировками в духе поп-сцены.

Важно отметить, что поп-сцену Oduchu представляют не столько как площадку для самых передовых звуковых экспериментов, сколько как что-то безопасное и максимально понятное, что можно смело показывать в вечерний прайм-тайм выходного дня широкой неподготовленной аудитории. Скажем, за заголовком «Legacy» скрывается песня о родной земле, которая есть в репертуаре практически каждой тувинской группы ― и Oduchu (зачем-то) упаковывают ее в помпезную аранжировку, будто бы созданную с намерением озвучивать заставки спортивных трансляций.

Телевизионные метафоры всплывают в этом тексте уже второй раз потому, что современная сторона песен дуэта реально выдержана в свойственной телеканалам ключе функциональной необязательности. Возможно, таким образом Oduchu пытаются проложить тропинку к тому самому неподготовленному массовому слушателю. Что ж, если сработает, то можно будет порадоваться за дуэт, но пока больше обидно за отличные песни ― которые у них вполне есть, как это прекрасно слышно в любой момент, когда их не заслоняет какая-нибудь аранжировочная помпезность. Да что там, есть даже пример, в котором тувинская песня встает в современное прочтение ярко и круто ― номер «Kezen Mergen», в котором причудливо сходятся поп-блюз и синти-поп. Но лучше всех все равно получаются прозрачные вещи, в которых Oduchu хранят верность своим акустическим корням. Послушайте, например, «The Inner Voice» ― никак не понять, почему ребята, способные на такую хрустальную красоту, думают, что ее можно улучшить при помощи какой-то электронной подложки.

Иркутяне снова дают огня ― только в прошлом месяце мы говорили о группе «Опричнина», в которой меняются ролями участники «Дневной дозы дискомфорта», как вот еще один проект с новым перераспределением все тех же людей. Барабанщик «Опричнины» Павел здесь читает упаднический субкультурный рэп в духе условной «Макулатуры», а вездесущий (до уровня участия в концертном составе «Макулатуры» буквальной) Дмитрий Абдусалямов пишет для него токсичные электронные биточки.

Музыка тут то плавится вальсом-мутантом с зажеванной кассеты, то пускается вскачь, словно на деревенской дискотеке с чудовищно плохими колонками, в то время как Павел и приглашенные чтецы просеивают свой будничный опыт (пьянки, отношения, походы в лес или на панк-фестивали, набитые школотой) в попытке найти хоть что-то, за что можно зацепиться. Какие-то темы сподвигают на муторную рефлексию, какие-то ― на веселую злость. Но в основном эта музыка ― такой саундтрек к попытке понять, почему же так хреново, когда смотришь в зеркало; разумеется, тщетной.

Послеполуночный электронный поп от красноярского дуэта. Музыка «Нюдового чёса» (оба слова по отдельности вроде понятны, но о смысле их объединения как-то не очень хочется задумываться) ― штука, что движется в кильватере таких артистов, как GusGus или Муджус. В том смысле, что язык танцевальной клубной музыки с прямой бочкой приспосабливается тут для песен менее экстравертных и более интимных, созданных как будто для такой ночной дискотеки для двоих. Хотя важно и вот что ― электронные пульсации дуэта, может, и вдохновлены чем-то вполне модерновым, но вокальная подача, скупая, хрипловато-отстраненная, балансирующая на грани речитатива, отсылает к чему-то более кондовому и родному. Ну, там ― русский дынц-дынц конца 1990-х, «Русский размер», Кай Метов, все такое.

На этом любопытном перекрестке рождаются песни, которые по итогу выходят не столько про чувственность, сколько про такую взрослую игру в нее (иногда всерьез, а иногда не очень). Здесь всегда чувствуется небольшая дистанция, словно лирические герои этих песен не столько проживают описываемые ситуации, сколько смотрят кино со своим участием и сами не всегда готовы поверить, какая фигня (или обыденность) с ними происходит. Не сбиваясь с многозначительной интонации подачи, они рифмуют «фак» и «лифак» или разрешают сюжет о встрече с прекрасной девой неожиданными словами «ведь ты любишь фиалки, а я бывшую люблю». В общем, жизнь, она такая ― иногда романтичная, иногда нелепая. А еще иногда в ней что-то заканчивается ― вскоре после выхода этого альбома, четвертого по счету, дуэт сообщил, что закрывает лавочку. Не зря альбом венчается песней под названием «Такая жизнь».

«Все очень хорошо, когда болеешь фанком» ― добродушные эмси из Сургута завершают свой цикл мини-альбомов, привязанных ко временам года. На весеннем дуэт много времени проводит в дороге ― тут катаются ночью на тачке и живописуют поездки в плацкарте, о чем рассказывают с фирменным нежным вниманием к миру под ласковый бум-бэп-чик. В принципе, этот свой по-доброму высокохудожественный стиль Hipma отточили уже давно. Можно сказать, что «Весна» никак не расширяет наше представление об их умениях. А можно просто порадоваться еще одной возможности полюбоваться ими в деле.

Романтичный гитарный инди с Дальнего Востока, звонкие и летучие песни про любовь и чувства. Черт знает, может, это правда на людей так близость океана действует, но в том, как звучит альбом «Кустарного производства», чувствуется так же искристость, что и в записях некоторых владивостокских групп; словно все это играется где-то на утесе над волнами, в облаке взлетающих соленых брызг. В составе «Производства» есть, кстати, флейтистка, что только подчеркивает всю эту высокохудожественную трепетность. Короче, красота, но есть одно но; и как теперь не хотеть на море после такого альбома?

Перед нами альбом, сочиненный и записанный вартовскими журналистами. Профессию авторов мы тут упоминаем не зря ― довольно четко слышно, что свою родословную этот проект ведет от хохмаческих песенок, написанных для внутреннего употребления; например, на корпоративах новостийщиков, которые лучше всех смогут оценить многочисленные отсылки, выхваченные прямиков из местных заголовков. Ответ на вопрос, имеет ли смысл все это слушать человеку, не погруженному в контекст локальных особенностей и проблем, варьируется от песни к песне. Размышления о бедности или состоянии дорог могут быть (увы) актуальны где угодно. А вот песням от лица местной деликатесной рыбки или упоминаниям главы района по фамилии, возможно, не стоило покидать уютный загончик шуточек для своих.

Шутят, впрочем, вартовчане в целом довольно неглупо; а самое важное их достижение, пожалуй, в том, что к музыке, традиционному слабому месту подобных комических начинаний, здесь все-таки относятся вполне серьезно. Альбом приятно поражает жанровым диапазоном ― здесь с бардовскими гитарными аккордами соседствует граймовые биты, поп-баллады в стиле «море зажигалок» стоят рядом с басовито гудящим модерновым синти-попом, а с блюз-роком в духе больших 80-х прекрасно уживается умпа-умпа-поп. Легкий уровень условности в работе с музыкой все-таки присутствует ― практически уверен, что если копнуть как следует, то у каждой песни найдется конкретный первоисточник из мира, скажем там, большой музыки. Но в основном «Мясо краба» поют и играют так, что копать (почти) не хочется.

Удачней всех песня и аранжировка сочетаются в элегическом номере «Вартовчанка». Реально, чуть-чуть замедлиться и накинуть побольше эха, и получилась бы настоящая вартовская Лана дель Рей; с томной чувственностью в голосе все и так в порядке. В целом, эксперимент по скрещиванию ироничной социальной критики и неплохо сделанной музыки можно признать удачным. Насколько интересно будет возвращаться к этим песням во второй и третий раз, когда все шуточки будут уже известны ― вопрос, ответ на который нам сможет дать только время.

Теплый природоведческий эмбиент от тюменского художника Константина Рослякова (с привычно выдающимся оформлением). Забытый день из заголовка альбома, судя по всему, был исключительно хорошим ― медленным, плавным; может быть, не особенно наполненным событиями, но богатым на глубокое и теплое переживание этой ненаполненности. Эта музыка ― как звуковой эквивалент состояния, в котором ты лежишь на траве на берегу речки теплым летним днем и, прищурившись, таращишься на медленно плывущие над тобой облака. Да, с формальной точки зрения ты в этом состоянии как будто бы ничем не занят, статичен, пассивен. Но внутри тебя происходит много чего ― в общем-то, одна из самых главных вещей в жизни происходит внутри тебя в такие моменты.

Стоунер-дум канонических повадок, с ударением на слове «стоунер» ― в фокусе тут не столько сокрушительная металлическая тяжесть, сколько тягучий гитарный грув. На слове «канонический» ударение тоже есть ― в своих песнях Inhale используют такие жанровые запчасти, что на альбом к ним заходишь, как в давно знакомый прокуренный бар. В этом, как водится, есть как плюсы, так и минусы. Плюс ― что ценители жанра будут точно знать, на какой карусельке их прокатят Inhale, и будут абсолютно правы. Минус ― что остальным слушателям может чего-то не хватить, какой-то дополнительной музыкальной драматургии, хоть немножко выходящей за рамки жанровой. Самый яркий пример подобного ― титульная инструменталка. Inhale в ней не столько ведут тебя по захватывающему дух маршруту с подъемами, поворотами и кульминацией, сколько перебирают не особо связанные между собой инструментальные партии, как будто не нашедшие приюта в других песнях.

Можно месяцами, а то и годами не встречаться с жанром «вартовчане шутят», а потом бац, и сразу два случая в одном обзоре. Заголовок этого альбома, судя по всему, надо понимать в ироничном ключе ― потому что по факту группа «БРЛ» тут, наоборот, выворачивает ручку громкости на гитарах так, что временами аж немножко больно. «БРЛ» (расшифровывается как «быстро растущая любовь») ― трио, исполняющее песенный рок любопытного устройства; простая, максимально доступная мелодия условно народного свойства, которую вокалистка атакует в напористой, очень громкой манере, активная фолковая скрипка и металлизированные гитарные риффы. То есть вроде бы немного фолк и много рок ― но и то, и другое представлено в примитивной форме, как будто мы ловим сильно упрощенную в области мелодики и композиции группу «Мельница» где-то на полпути ее внезапной трансформации в Rammstein.

Примитивизм песен «БРЛ» ― явно штука сознательная; альбом похож на лабораторию по созданию максимально эффективного хита для фестиваля класса условного «Нашествия», в смысле чтобы одновременно и попрыгать, и за душу взяло. Содержание построено схожим образом ― есть заголовки типа «Птица», «Игра» и «Звезда», песня про тяжелую женскую судьбу, рифмы класса «пить-курить» и всякое такое. Рецепт получается вполне действенный, но закавыка в том, что он у группы «БРЛ» один ― песне к третьей понимаешь, что устроены они плюс-минус одинаково. Но не без внезапных сюрпризов ― в номере «Круговая порука» они пробуют выступить в понятным образом популярном в последние несколько лет жанре «этот гребаный мир и все, что с ним не так» и приходят к несколько неожиданному выводу. «Каждый из людей виновен», торжественно поется в припеве под музыку, под которую явно по задумке авторов надо скакать всем полем; песня, говорят, была написана около 10 лет назад, но и сегодня в качестве ответа на наболевший вопрос звучит неожиданно и смело. Будь подобных сюрпризов побольше, это пошло бы альбому «Не металл» только на пользу.