Старые музыкальные записи локальной сцены вполне могут служить своеобразным музеем, считает Алексей Боровец. И в отличие от обычных музейных экспонатов, становясь частью экспозиции, они не утрачивают своей основной функции. Музыкальные треки все так же звучат и трогают, но при этом еще и показывают, как за годы изменились тропы, которыми ходят музыканты — одной страны, одного города, одного направления. Из сегодняшнего времени можно увидеть, как трансформировался язык, юмор, инстинкты самосохранения и размножения, понимание того, что есть музыка. Видно, какие культурные гены проявились в новых десятилетиях, а какие впали в спячку.
Антон Гудков
Музей Гараж
Одним из таких аудиомузеев стала серия сборников «Гараж или культура?», запущенная в 2011-м омским нойз-музыкантом Антоном Гудковым. Это четыре компиляции омской, якутской и новосибирской музыки, записанной между 2002-м и 2012-м годами. Из доживших до наших дней тут только две группы — «Культура курения» и проект Егора Клочихина и Владимира Лучанского «День космонавтики».
На «Гараж или культура?» есть кое-как сделанные концертные записи, демки, ауттейки и треки с номерных альбомов, записи с репетиций. В жанровом отношении Гудков как составитель тяготел к экстремальным проявлениям — на компиляциях серии есть харш-нойз, оголтелый и юродствующий метал, угрюмый хардкор панк, аудио-коллажи, пост-роковые и думовые реквиемы. Время от времени попадаются более скромные экспонаты (скажем, англофильский инди-рочок или благостная электроника) — но они лишь сильнее подчеркивают общий модернистский порыв. Впрочем, надо понимать, что англофильский рочок и деликатная умная электроника в Сибири тех лет тоже были специфическим интересом не слишком широкого круга людей.
Чтобы попасть в этот музыкальный город-призрак, требуется посетить страничку интернет-лейбла Zelenina Records на древнем сайте Blogspot и скачать там четыре ZIP-архива с mp3-файлами, используя такой же древний сервис файлообмена MediaFire. Затем треки следует распаковать и слушать на медиаплеере, который не делится данными о звучащей музыке ни с кем (если только он не подключен к скробблеру Lastfm). Слушая «Гараж или культура?», вы не работаете на корпорацию, чтобы она лучше определяла, что вам рекламировать, а наполняете свое жилище, автомобиль или амбушюры звуками — просто так, «из уважения к огню».
Что внутри?
Серия выходила в 2011-м и 2012-м годах и состоит из четырех сборников: первый и третий составлены из записей, сделанных в родном для Гудкова Омске, второй — сборник музыки из Республики Саха, а четвертый посвящен сцене Новосибирска. Всего более пяти часов музыки.
Серия была полуархивной с самого появления — в текстовом файле c информацией о треках уже тогда под названиями некоторых проектов стояла пометка «RIP». Как рассказал «Мастерам Сибири», составитель сборников Антон Гудков, он «искал, конечно, самые странные вещи у каждой группы. Плюс всегда должен был быть панк-рок — куда без него? — примитивная музыка детства. Хотелось нарыть самое глубинное. Иногда удавалось».
Dozelimit, Омск
Dozelimit, Омск
Что можно сказать о музыке тех лет по срезу, представленному на «Гараж или культура?» ― помимо того, что люди тяготели к длинным названиям треков и считали остроумным имитировать скрэтчинг на струнах электрогитар? Во-первых, слышно, что в нулевых люди еще благоговели перед сложностью и необычностью — логика рока еще не слишком далеко ушла от логики метала, который к концу 80-х заметно усложнился, а недавно ставший повсеместным интернет подарил массам доступ к музыке, о существовании которой раньше подозревали только посвященные. В нулевых в России началась новая волна интереса к краут-року, IDM, фри-джазу, индастриалу, построку, драм-н-бейсу и другой нечартовой музыке. «Гараж или культура?» как раз фиксирует момент, когда сибирская молодежь начала делать музыку с оглядкой на все эти уникальные редкости и красоты.
«Гараж или культура?» показывает то, что на рубеже нулевых и десятых пост-рок не был в России пустым звуком — сейчас в это сложно поверить, но еще пятнадцать лет назад было нормально, что молодые меломаны слушали кинематографичную и унылую инструментальную музыку, которая не транслировала никаких ценностей впрямую и не ассоциировалась с лицами и персонами создателей этой музыки. На сборниках Гудкова влияние пост-рока слышно, например, у омичей It Isn’t Bennings и Soul Kitchen. Однако эффектней всех оказались те группы, которые смогли максимально уклониться от выполнения дежурных пост-рок работ вроде балалаечных тремоло на электрогитарах.
энергия*, Омск
Пронзительной записью представлен проект «Тымныы Ohyop» из Якутии. Его трек «Ambientum» (в некоторых источниках он называется «Кыһыҥҥы Ардах Анныгар Мин Сүрэҕим Бүтэһик Сипсийиитэ») записан на двух электрогитарах. Одна играет по законам дум-метала, вешая редкие утробно-низкие аккорды на выжженном звуке, другая параллельно играет скорбный перебор — так эти две линии сосуществуют несколько минут, рисуя в голове картины мертвых городов, обращенных в руины. Но стоит дум-гитаре переключиться на клишированное пост-рок пиликанье, как магия музыки «Тымныы Ohyop» едва не превращается в дешевый карточный фокус.
«Untitled» от омского проекта Dozelimit — другой выразительный трек, преодолевающий жанровую гравитацию. Он построен на зацикленной размазанной гитарной фразе, звучащей среди шумов и отражений. И хотя в композиции совсем нет ритм-секции, она все равно звучит жестко, агрессивно и захватывающе, стилистически выверенно и зрело. Другой интересный пример — «Билет в Рейкъявик» (так и написано через «ъ») омского проекта Expost. Эти играют пасмурный и тягостный инструментал с пианинным арпеджио на высоких нотах и печальными мелодиями на гитарах. Темп чуть суетный, почти оживленный, но характер музыки таков, словно этот «Рейкъявик» — последнее место, куда хотелось бы попасть жителю Омска. Опять же — впечатление слегка портится от шаблонного пост-рокового лида, который звучит во второй половине трека.
Михаил Колесник (ПЫЛЕSOS, Samatha Smith, Larva), Тара/Омск
Сыграть больше, чем возможно
Серия Гудкова показывает, что сибирские музыканты нередко брались деконструировать жанры. Кто-то делал это в поисках нового языка, другие — просто валяли дурака, испытывая юмористический потенциал авангарда, экстрим-метала, скримо и других жанров. На Якутском сборнике есть трек «Betonischer Marsch» группы Codex Verus — в нем с лязгом и металлическим напором играет бас-гитара под агрессивный брейкбит (еще один признак российских нулевых: барабанщики играли брейкбит, а конкретно boogaloo groove, даже в блэк-группах, чему есть подтверждение и на компиляциях «Гараж или культура?») Казалось бы, недостающим элементом тут были бы риффы в пониженном строе и экстрим-вокал, но вместо них все три минуты хронометража звучит фолк-мотив на рожке — к радости немногочисленной публики (это концертная запись).
Отдельные артисты, чьи треки попали на сборники Гудкова, звучат намного более цельно, чем другие. В то время как одни по пятому разу заваривают чайный пакетик группы The Exploited или Boards of Canada, другие делают какое-то вневременное искусство — и даже при скромных ресурсах достигают впечатляющих результатов, которые сложно опознать с точки зрения десятилетия и локации создания. Один из примеров — леденящая кровь вкрадчивая шумовая вещь «Defog» от Foxberry (якутский выпуск). Другой — густая и шумная абстрактная композиция «Følelser» от Speck — через пару лет его альбом «Harmonia» станет первым большим релизом новосибирского электронного лейбла Echotourist. Отдельного упоминания также заслуживает «Chdetoria» новосибирского проекта Indu Mezu — это собранный в 2004-м звуковой коллаж из аудио-событий, происходящих на разной дистанции от слушателя. Слышны и вопли, и голоса из какого-то фильма, синт-басы, и прерывистый электронный бит, и гудение неопознанного прибора — трек держит напряжение и работает, несмотря на некоторую кустарность звука.
PotolokVGutaline, Тара
PotolokVGutaline, Тара
Есть на «Гараж или культура?» немало абсурдной музыки — забавно думать, что в нулевых и начале 2010-х создание таких треков требовало самоотверженности и усидчивости. Если группа хотела делать идиотскую скримо-песню про порно-тетрис — ей нужно было собираться и репетировать, делать аранжировку, а потом идти на студию и записываться. Если домашний продюсер не мог удержаться от идеи записать сколь залихватский, столь же и чудной драм-н-бейс о гамбургере, который вернулся, чтобы отомстить — он должен был корпеть целую ночь, вырезая и прилаживая друг к другу семплы и подкручивая тумблеры фильтров. Даже нелепые шутки требовали труда. Вообще усердие, необходимое для появления записи — то, что маскируется в современной музыке, невозможно было скрыть андеграундным группам прошлых десятилетий.
Первый же трек первого сборника, композиция «Пока мамы нет дома» группы «Йоdъ», звучит одновременно и расхлябанно и собранно — насколько этого требует математический рок. Мало того, что такую музыку тяжело играть, потому что она идет против инстинктов, воспитанных вездесущим гладким мейнстримом, так «Йоdъ» еще и пытаются сыграть ее по-панковски отвязно. Однако инструментами они владеют не настолько виртуозно, чтобы эта отвязность достигала летучего состояния — так что музыку то и дело шатает, как пьяного, который не в силах вполне контролировать движения и жесты.
Вообще игра на пределе (скромных) возможностей (равно как и шероховатая запись) — характерная черта многих треков «Гаража или культуры». Музыканты явно хотели сыграть больше, чем могли, и в этом они отличаются от более прагматичных артистов 2020-х. Впрочем, судить о том, насколько хорошо владеют инструментами артисты 2020-х бывает сложно, учитывая, как много вычищается на этапе пост-продакшена или отдается на аутсорс профессионалам — нормальная практика для мейнстрима 20-го века, но едва ли мыслимая для андеграунда еще недавнего прошлого.
Indu Muze, Новосибирск
Indu Muze, Новосибирск
В нулевых запись требовала значительных денежных вливаний, группы часто писались наскоро на студиях, не всегда укомплектованных хорошим аппаратом. Сведением, как правило, занимался не тот, кто умел это делать, а тот, кто смел. Все это порождало яркий и гетерогенный калейдоскоп саундов и неограненных характеров. Этим прослушивание сборников «Гараж или культура?» балует уши, привыкшие к заретушированному и услужливому саунду последних десяти лет. Возможно, в этом есть элемент экзотизации сибирского — и в целом российского — андера тех лет. Но все же эта звуковая разноголосица несет в себе больше индивидуальности, чем стандартизированные миксы наших дней.
Гудков неоднозначно оценивает возможности, доступные современным артистам: «Можно ли судить по сборникам о состоянии музыки сегодня? Конечно, можно. Делание музыки стало доступнее, но все стало звучать, как мейнстрим. Конформизм наконец победил почти во всех направлениях. Исчезли дикие, абсурдные идеи и помыслы. Теперь все красиво, ровно и грамотно».
Before We Got Lost, Новосибирск
Значки и пуговицы
Конечно, Антон Гудков делал эти сборники не для того, чтоб спустя десять лет помахать их оголтелостью перед носом племени младого, незнакомого и малохольного. Сам он рассказал «Мастерам Сибири», что корни этой серии компиляций, вероятно, лежат в его детстве, когда он любил «собирать значки, играть с коробкой полной пуговиц, рассматривать коллекцию папиных марок в альбоме, рассматривать его же катушки с пленкой и пластинки, рисовать обложки к уже своим несколько раз переписанным аудио-кассетам. Всем этим я занимался, и эта история с оформлением всевозможных звукоизвлечений в коллекции, судя по всему, имеет свои корни где-то там».
В 2009-м Антон занимался в Омске харш-нойзом и быстро оброс большим числом псевдонимов, проектов и лейблов. К 2011-му ему захотелось зафиксировать и показать другим «странную» музыку Омска (а позже и других городов, где у него были знакомые). Так он взялся собирать записи и выпускать их под коллажными обложками, которые делал сам. Этим коллажам обязано также имя серии.
MoreoveR, Омск
After Eight, Омск
«Название сборника родилось из коллажа, который вы видите на обложке. Он был собран из советской газеты местного разлива, в которой была и статья именно вот с этим наименованием: “Гараж или культура?” Конечно, в него можно вложить множество смыслов. Все грамотно сошлось. Я же никак на [этот вопрос] не отвечаю, он из разряда риторических».
Вот как Антон описал процесс формирования сборников: «Искал и скачивал все на сайте “Вконтакте”, благо тогда поисковая система там была другой и можно было видеть, у кого именно добавлена та или иная звукозапись. Так находились и записи и люди. Далее я писал представителю группы (из тех, кого мог найти), спрашивая разрешения. Вот, собственно, и все. Музыканты относились спокойно, без лишнего энтузиазма. Часть групп на тот момент уже была в статусе распавшихся. Соглашались, никто не говорил “нет”».
Сегодня Антон продолжает записывать, издавать и играть огромное количество музыки в Москве. Релизы новых проектов, в числе которых Earwax, Flageda, Prop Dept, выходят на лейбле Антона Hard Bop.
Dog Drama, Новосибирск
После слов: земляне и призраки
Сборники из серии «Гараж или культура?» показывают, что для музыкантов, сосредоточенных на определенном саунде, не было важно высказаться словами — значительная часть музыки, зафиксированной в этой серии, либо вообще обходится без текста, либо этот текст звучит на английском и выполняет скорее имитационную функцию. Раз голос есть у групп из США, омичи тоже могли использовать этот инструмент и пели что-то на английском, чтобы не отвлекаться от главного — от захватывающего их звука. За русскоязычные песни на «Гараже» в основном отвечают панк-музыканты, для которых текст был такой же провокацией, как и саунд. Практически все остальные здесь обитают в стороне от вербального высказывания.
Как знать — было ли это разворотом от социальной реальности к индивидуальному космосу в якобы сытые медведевские годы или скорее следствием того, что интернет впервые высвободил невиданные ранее ресурсы знаний, полностью забив все каналы людей культурой, толкнув их к личным ментальным путешествиям?
Безусловно, сибиряки тех лет многое знали о музыке. Кругозор и разнообразие музыкантов, показанных Гудковым, впечатляющ — среди записей на «Гараж или культура?» бродят призраки и Atari Teenage Riot, и Nurse With Wound, и Don Caballero, и Boris, и Telefon Tel Aviv, и летовского «Коммунизма». Иногда эта музыка звучит так, будто дикари пытаются казаться учеными. Но скорее всего дикарями они выглядят только из-за стесненных обстоятельств, в которых они тогда делали свое искусство. И немножко — из-за радикальности своей музыки. Но вряд ли они были большими дикарями, чем артисты 2020-х, которые лишь звучат более гладко.
И все же главное тут не кругозор и не призраки. Главное, что на этих записях хватает своего собственного любопытства к инструментам и звуку, дерзости и иронии, боли и амбиции. Веры в то, что музыка может удивить, поразить или вовсе перевернуть весь мир. Даже если сыграна она в далеком сибирском городе, без малейших соображений о том, как этот звук донести до остальных землян.
373
26 Марта 2026
Материалы по теме