«В какой-то момент все, что можно было отмыть обычным растворителем, мы отмыли»

Пособие по grassroots-активизму от основателя радио «Ракета»


В 70-е годы подземный пешеходный переход у омского Дворца пионеров покрыли плиткой с детскими рисунками. Арт-проект, как сказали бы сегодня, курировал художник Ростислав Черепанов.

Несколько лет назад на стенах, от которых уже начали отваливаться плитки, стали появляться граффити, теги и рисунки баллончиком. На изменения обратил внимание Максим Усов — он живет неподалеку, регулярно проходит мимо Дворца пионеров, а в детстве посещал их кружки.

До недавних пор Максим был известен как создатель интернет-радио радио «Ракета». В аналитическом сборнике «Креативных практик» 2016 года радио ставят в один ряд с проектами «Олдушка» и «Тогда» и называют городским медиапроектом новой волны.

Осенью этого года о Максиме рассказывают региональные подразделения «МБХ Медиа», «Аргументов и фактов» и телеканала «Россия». Правда, к радио сюжеты не имеют никакого отношения: в них Максим — инициатор реставрации перехода. Начавшаяся с поста в Instagram история Максима и его друзей — пример заботы горожан о культурном наследии, ценность которого создается «снизу».

ПОЧЕМУ ПЕРЕХОД

Я всегда жил в Нефтяниках (район Омска — Прим.Ред.), и мне всегда нравилось там гулять. К тому же в детстве я посещал кружки во Дворце пионеров. Около года назад, как обычно прогуливаясь в том районе, я подумал: «Блин, такой классный переход, я здесь постоянно бываю, но почему-то ни разу не сделал фотки на фоне этих стен». Тогда, правда, переход уже чувствовал себя не очень хорошо.

В августе я оказался там с подругой и попросил ее сделать несколько фоток. Мы разговорились, и я рассказал, что каждый раз, оказываясь здесь, понимаю, что переход претерпевает какие-то изменения: появляются рисунки, отваливаются плитки — и никто это не восстанавливает. Это грустно, потому как рисунки там очень интересные, красивые и достаточно психоделичные.

Я захотел привлечь внимание к этой проблеме и подумал: «А почему бы не закинуть клич в социальные сети?» Тем более теперь и фотки появились. На пост я созрел к концу августа. Он был очень большой — я долго думал, как бы это все красиво сформулировать, чтобы всем было понятно, в чем проблема. Вначале я вообще не задумывал ничего из того, что происходит сейчас.



КАК ВСЕ НАЧАЛОСЬ

Незадолго до публикации я влился в компанию художников и активистов — мы познакомились на мероприятии tema: MEGA fest, которое организовывал Даня Карташов. Я рассказывал ребятам, что собираюсь написать пост и что было бы круто однажды прийти в переход и привести его в чувство своими руками. Я не раз воспроизводил свою речь разным ребятам за бокалом вина или пива, и они все меня поддерживали.

Когда пост наконец-то появился, его неожиданно начали репостить. Сначала мои друзья, потом друзья друзей, потом локальные лидеры мнений — Витя Скуратов из Skuratov Coffee, Маша Борцова из «Одного вина». А художник Коля Немамонт сделал очень интересный репост. Он сопроводил его следующими словами: «Ну, мы об этом сейчас поговорим, порепостим и забудем», — имея в виду, что это все слова, а вот действия бы. И таким образом, как я это называю в шутку, взял меня на понт. Я спросил, какие идеи есть у него, и, слово за слово, мы с ним начали организовываться, подключать людей. Подобрать материалы нам помог молодой человек по имени Паша, который работает на полиграфическом производстве. Вскоре мы начали потихоньку выходить на переход — втроем, вчетвером — и тестить разные виды растворителей.



КАК ПРИВЛЕКАЛИ ЛЮДЕЙ

В какой-то момент все, что можно было отмыть обычным растворителем, мы отмыли. Тогда Паша начал предлагать сильные щелочные средства — граффити по большей мере только этим и стираются. Мы поняли, что за свой счет, как было с растворителями, не справимся.

В тот момент к нам подключилась художница Алена Шапарь и предложила собирать донаты. Она опубликовала пост, в котором написала: «Если вы можете помочь руками, берите средства защиты и приходите, если нет — кидайте донаты или хотя бы сделайте репост». В итоге нам надонатили 10 тысяч рублей. Нам написало очень много людей — пришла лишь половина из них, но все равно много.

ПОЧЕМУ ВСЕ ДЕЛАЕМ САМИ

Мы видели, что происходит с улицей Бударина (принятие проекта благоустройства улицы сопровождалось конфликтами — Прим.Ред.), и понимали, что если начнем направлять запросы администрации, то приступим к работе минимум к декабрю. А времени было мало: конец лета, до холодов оставалось совсем чуть-чуть. И мы просто начали делать.

Поначалу мы, кстати, даже не задумывались, что нам что-то за это будет. А когда все-таки задумались, Коля сказал: «Если что, я беру вину на себя. Но все скидываемся мне на штраф». На нас особо не обращали внимания, только местный дворник спрашивал: «А что вы здесь делаете? Вы только, пожалуйста, на стенах не рисуйте». А мы ему объясняли, что мы, наоборот, постирать все это безобразие хотим.

Позже мы все-таки решили собираться в вечернее время, чтобы не привлекать лишнего внимания. В среднем мы проводим в переходе часа три, пока не надышимся (смеется). Расходимся к десяти, чтобы успеть на маршрутку и не тратить собранные деньги на такси.



КТО ИСПОРТИЛ ПЕРЕХОД

Работая с рисунками, мы постоянно думаем: а что за сюжет здесь изображен? У каждого появляются свои варианты. Сюжетов действительно очень много: военные, маскарады, космические полеты. Даже строительство газопровода СССР-Индия! Очень много классных вещей.

Мы не знаем точно, что это за рисунки, которые покрывают переход сегодня, но очевидно, что это не дети рисовали — такие рисунки не сможет нарисовать ребенок, еще и баллончиком. Например, там было пианино, по которому скачет девочка, а за ней какой-то розовый педобир. Рисунки в таком стиле раньше были в купольном переходе у Дома туриста — наверное, город всегда приглашает одного и того же человека для этих целей.

Я прекрасно понимаю, что у них был добрый посыл — эти рисунки действительно нарисованы на пустых местах, где отпала плитка. Но вместо того, чтобы эту плитку восстановить, они забетонировали дыры и нарисовали поверх что-то огромное. Из-за этого неразрушенные рисунки полностью скрылись под слоями краски. В общей картинке это смотрится ну очень некрасиво. Можно было придумать что-то более гуманное и зарисовать только пустые места.

Недавно там неожиданно появилось объявление от администрации, обслуживающей переход, где говорится, что они готовы с нами сотрудничать. Может быть, в этом есть смысл. Мы бы хотели хотя бы получить гарантии, что такого треша, в который превратили переход пару лет назад, не повторится. Иначе вся работа и вся информационная шумиха будут зря, как будто просто воду побаламутили и разошлись.



КАК ИСТОРИЯ ПОЛУЧИЛА ОГЛАСКУ

Первый сюжет о нас снял «12 канал». На меня подписана одногруппница, которая там работает. Она мне позвонила и сказала, что в редакции заинтересовались этой темой. Сначала мы с ребятами очень переживали из-за того, что это губернаторский канал и что после этого нас обвинят в вандализме. А получилось наоборот — как оказалось, корреспондент больше занимается культурой, и она подошла к сюжету с этой точки зрения: сначала записала нас, потом поехала в Музей Дворца пионеров, потом к искусствоведу, чтобы поговорить с ним о художнике Ростиславе Черепанове, авторе проекта. Сюжет получился скорее просветительским, и, посмотрев его, мы выдохнули.

Потом подключились «Сибирь. МБХ Медиа». Там тоже работает моя знакомая. Она сделала видео, которое до сих пор собирает просмотры и комментарии. Затем о нас рассказали «Аргументы и факты» и «Россия».

В сюжете «России» корреспондент, рассказывая про рисунки, проходит мимо одного из них и говорит: «Вот, например, рисунок Мищенко Игоря». Дочка этого Мищенко Игоря случайно увидела сюжет, нашла нас в Instagram и написала комментарий в духе: «Ого, папа до сих пор об этом вспоминает. Спасибо вам за то, что вы делаете». Это суперкруто.

ЧТО ПОТОМ


Когда мы только начинали, Илья Севастьянов (основатель городского медиа Public Speech — Прим.Ред.) говорил: «Классно было бы разыскать всех этих людей и сделать какой-то фотопроект прям в переходе — рассказать, чем сейчас занимаются эти люди, кем они стали». Мы думали, как же мы будем их искать, а они уже сами нас находят. Но прежде чем реализовать эту идею, нужно закончить работы. А продолжим мы только с наступлением тепла.

Некоторые плитки держатся на соплях, поэтому нам приходится их снимать — когда все начнет таять, они просто начнут отпадать, а дворник придет, соберет и выкинет. Лучше мы сейчас их снимем, сохраним, а весной подберем средства и приклеим обратно. Главное, чтобы дырки не забетонировали.



ЗАЧЕМ СОХРАНЯТЬ СОВЕТСКОЕ

Политическая история — это одно, а культурная история — это другое. Да, очевидно, что люди — архитекторы, художники — работали в определенных политических реалиях. Да, был сталинизм, было страшное время, но это наша история и об этом нужно помнить. Историю, какой бы она ни была, убивать нельзя.

Все, что связано с советской эпохой в культурном плане — архитектура, музыка, дизайн и визуальное искусство — все это было красиво, все это было специфично. Таких мультиков, как «Союзмультфильм», никто уже не снимет. Такого фильма, как Мосфильм, никто уже не выпустит. И такого здания, да пусть даже как Мавзолей, уже никто не построит. Это дух эпохи.

Варламов рассказывал, как в 1920-х годах король Туниса решил, что все жилые здания Туниса будут беленькими, а окна и двери — синенькие. Этому дизайн-коду следуют, несмотря на политические изменения. Наша страна до сих пор ассоциируется с Советским Союзом и с этой эстетикой, которой больше нигде нет. Это может стать отличным дизайн-кодом, который привлечет туристов.



О РАДИО «РАКЕТА»

Радио «Ракета» вот-вот исполнится восемь лет, но иногда я говорю, что ему четыре года. С 2011 по 2015 год мы были студенческим радио и базировались на территории университета, и только в 2015-м оно отпочковалось от универа и стало самостоятельным проектом, более музыкальным.

В последнее время мы сконцентрировались на локальной истории. Конечно, мы подбираем музыку и зарубежных музыкантов, потому что мы ее тоже слушаем, но материалы — миксы, подкасты, интервью — мы стараемся посвящать именно тому, что происходит здесь или где-то по соседству: в Новосибирске, Екатеринбурге, Казахстане.

Летом мы выпускали подкасты от Сергея Дорошева, который занимается московским OTO Radio, и миксы пензенского диджея и диггера Володи Борисова. Будь у нас штат побольше, мы бы освещали весь спектр нашей музыки, но иногда это просто не удается, потому что радио делает полтора человека.

РАДИО В ГОРОДЕ

Последнее мероприятие мы делали в 2016 году, когда радио исполнялось 5 лет. За год до этого была простая вечеринка с омскими друзьями-диджеями, и на день рождения мы поставили себе задачу прыгнуть выше. Единственное, что мы смогли придумать и сделать — это привезти на вечеринку группу из другого города. У нас не было денег, и каким-то счастливым образом нам ни во что не встала аренда места. Через арендодателей же мы договорились с JagerVibes о привозе группы за свой счет. А как прыгнуть выше головы сейчас, я просто не знаю. Наше радио некоммерческое, у нас нет бюджета. Заниматься рекламой тоже не хочется. Это будет звучать как оправдание, но в том, что мы не ведем агрессивного продвижения, есть какой-то шарм.

Было бы круто организовать какое-то событие. У меня появилось достаточно много друзей, которые делают музыку, и я хотел бы устроить с ними вечеринку. Идея есть, но как это организовать, кого привлечь, где побюджетнее взять оборудование, я не знаю. К тому же должен быть повод. Мы уже очень долго работаем над визуальной составляющей радио — то, что было придумано в 2011 году, давно нуждается в переработке. Если нам удастся провести что-то вроде ребрендинга, можно будет сделать небольшой ивент, чтобы привлечь к этому внимание.



ЗАЧЕМ УЕЗЖАТЬ ИЗ ОМСКА

Недавно я понял, что снова хочу работать по специальности — в журналистике. Но омские медиа меня не интересуют — они все в основном про социалку, экономику, политику. Здесь так и не запустилось ни одного классного городского издания. Но если бы начался набор в редакцию такого издания, я бы стоял в первых рядах.

А вообще, конечно, я хочу отсюда уехать. У большинства людей в нашем городском сообществе специфичные для региона интересы, на которых сложно заработать. Когда что-то продвигается тяжело, ты иссякаешь. Любой человек на своем увлечении хочет еще и зарабатывать. Поэтому начинаешь думать о том, чтобы куда-то уехать. Понятное дело, что и там может не сложиться, но попробовать хочется.

Подписывайтесь на нас в