«Очумелая выставка»: 8 инструкций немецких художников с XIV Красноярской музейной биеннале

Современное искусство своими руками


«Очумелая выставка» — это проект в рамках XIV Красноярской музейной биеннале «Зеркальные нейроны». Организаторы предложили 35 современным художникам из Германии предоставить свои инструкции для создания произведений искусства, которые будут реализованы кем-то другим — красноярскими художниками, поэтами, музыкантами, учеными и посетителями музея. Мы поговорили с исполнителями инструкций об их опыте дистанционного со-творчества. Все работы можно увидеть на выставке в Музейном центре «Площадь Мира» до 7 ноября.

Котяcoin

Алиса Бергер/Александр Михайлов



На заре развития социальных сетей советско-немецкий художник Борис Бергер сделал фотографию кота и при помощи Photoshop вставил ее в ряд исторических фотографий, плакатов и картин, иронизируя таким образом над одержимостью пользователей сети своими домашними любимцами. Почти 15 лет спустя Алиса Бергер решила актуализировать проект своего отца.

Для этого она попросила Музейный центр «Площадь Мира» найти программиста, разбирающегося одновременно в криптографии, NFT и диджитал-искусстве. Позвали художника Александра Михайлова с образованием в сфере IT — он часто использует свои технические навыки в творчестве. Идея Алисы заключалась в том, чтобы создать криптовалюту Kotya Coin — оммаж современности и в то же время насмешка над коммерциализацией искусства. Работали художники в тандеме — Александр отвечал за техническую часть, а Алиса — за дизайн.

По сути, Kotya Coin — это криптовалюта, не имеющая никакой связи с реальным миром. «В принципе реализовывать новую крипту в 2021 году уже не актуально, но я в этом и видел дополнительный уровень иронии над текущими реалиями», — комментирует Александр. Физическим воплощение проекта стала рекламная кампания новой криптовалюты — на выставке разместили три ролл-апа, а прямо на открытии подруги и жена художника раздавали специальные визитки, призывающие инвестировать в Kotya Coin. Намайнить Kotya Coin можно не выходя из дома — на сайте проекта для скачивания доступны кошельки-майнеры для Linux и Windows, а скоро обещают опубликовать и Mac-версию.

Стихотворения из пяти слов

Ан Пенхюзен/Екатерина Хиновкер



Искусствовед и куратор Ан Пенхюзен использует творческое письмо для обсуждения вопросов, связанных с теорией и историей искусства, а иногда обращается и к повседневной жизни. На выставке она предложила совершить коллективный акт стихотворчества, напоминающий сюрреалистический cadavres exquis (метод, с помощью которого совокупность слов или изображений собирается коллективно).

Согласно задумке, пять человек должны были прислать пять слов, которые перемешивались между собой и в новых комбинациях случайно отправлялись поэтам. На основе этих слов поэтам необходимо было написать стихотворение на тему города или региона.

Стать участницей и координатором проекта пригласили поэтессу и руководителя красноярской поэтической студии «Чуть живые поэты» Екатерину Хиновкер. Екатерина, в свою очередь, пригласила учеников студии, четырех молодых поэтов. Так в команде проекта оказались Катерина Семушкина, работающая в направлении science poetry и обращающаяся в своих стихах к естественнонаучной оптике, Святослав Попов, идущий вслед за авангардом и адаптирующий язык зауми под современные реалии, а также Владислав Мицуков и Ульяна Афанасьева, чьи тексты сложно отнести к конкретному течению или традиции.

Енисей

Мари Риф/Безвершук Настя



В творчестве художницы Мари Риф преобладает монохромная гамма и темные тона. Для «Очумелой выставки» она разработала инструкцию по созданию абстрактных изображений с использованием копировального аппарата и воды из Енисея. Нужно было в течение недели набирать воду из Енисея, наливать ее в специальный аквариум, ставить на копировальный аппарат и сканировать. Результат — не просто абстрактные образы, но фиксация, своеобразная хроника изменений состояния воды в реке с течением времени.

За реализацию проекта взялась Анастасия Безвершук, ассистент куратора выставки Тибо де Ройтера. Изначально она должна была искать художников в Красноярске и координировать создание объектов, но прочитав инструкцию, решила реализовать этот проект сама. «Это одна из подробных инструкций, которую не надо особо как-то интерпретировать по-своему. Было интересно посмотреть на результат, который невозможно спрогнозировать и предугадать», — рассказывает Анастасия.

Тайная экспедиция

Глория Цайн/Дарья Бралкова



Глория Цайн — немецкая художница, архитектор по профессии, в основном известная благодаря своим скульптурам. Для «Очумелой выставки» она разработала инструкцию по созданию скульптуры — «машины-холостяка» (machine-célibataire из серии работ Мишеля Карружа), концептуализированной Марселем Дюшаном и Мишелем Карружем. По своей сути это сложные, незаконченные и не приспособленные действовать конструкции, ставящие под вопрос принятые кононы и правила функционирования общества и самой реальности.

В своих инструкциях, схематичных набросках с размерами и описаниями, Глория Цайн ничего не говорила о цвете или конкретных материалах, оставляя их на усмотрение того, кто будет работать над скульптурой в Сибири. Единственным условием было, чтобы все материалы скульптуры затем можно было отправить на переработку.

Реализацией проекта занималась красноярская художница Дарья Бралкова со своим помощником Степаном Наумовым. В результате получился синий купол из органзы, опирающийся на ножки из веток, который как бы делает шаг вперед — довольно странный объект, напоминающий пауков художницы Луизы Буржуа, воздушные шары из произведений Жюля Верна или лунный модуль, совершивший посадку на Луне в 1969 году. «Для себя я решила, что это биомеханическое некое существо, которое сделали выжившие дети в постапокалипсис. Они сделали себе помощника из того, что было, поэтому купол весь сшит из кусков ткани и заплаток. Посередине висит корзина для сбора данных», — рассказывает Дарья.

В темноте хаоса с несколькими проявлениями и параллельными мирами. Мир визуального материала (фотографии войны + жестокости, освещенные прессой + воспоминания, например, матросов, переживающих ночную бурю с падением/вырыванием мачт). Тропа во тьме, освещенная кочанами цветной капусты. Мы моем руки в цветной капусте. Кто-то создает скульптуры (из нее?)

Барбара Брейтенфеллнер/Вадим Люк



Свои инсталляции Барбара Брайтенфелльнер создает на основе записей дневника, в котором в течение двадцати лет она описывала свои сны, связанные с искусством. Всякий раз, когда художница участвует в выставке в музее или художественном центре, она выбирает текст и «переводит» его в пространство. Если сюрреалисты начала ХХ века были одержимы внутренним миром сновидений, то Брайтенфелльнер подходит к современному миру искусства и способам создания произведений с ироничной критикой.

На выставке в Красноярске Барбара в формате текста-описания сна дает некоторую ориентировку будущим создателям, при этом впервые в своей практике предоставляя свободу в интерпретации и воплощении своей идеи. Инструкция представляла из себя абстрактно-тезисное описание сна (обозначенное в названии проекта) с отсылками, дополнениями, пояснениями и референсами в виде фотографий.

Исполнителем стал красноярский художник Вадим Люк. «Я решил замахнуться на инсталляцию, под которую в итоге выделили большой центральный угол. В основе почти всех моих художественных практик лежит импровизация — на ее волне все и создавалось, идеи и решения приходили в процессе, вплоть до последнего дня и ночи. На финишной прямой я повредил ногу и трудился сидя, но героически выручила моя женщина, с которой мы безвылазно провели в музее почти сутки перед открытием», — рассказывает Вадим.

ПО-ВТ-CР-ЧЕ-ПЯ-CУ-ВО

Хайди Шпекер/Дмитрий Штифонов



Хайди Шпекер — фотограф, которая в течение многих лет снимает культовые объекты современной архитектуры и повседневную жизнь, при этом ставит вопрос о смысле фотографии как таковой. В рамках «Очумелой выставки» она предлагает всем, у кого есть камеры, следовать довольно странным правилам, которые, на самом деле, не являются прямыми инструкциями к созданию изображений. Ежедневно в течение недели нужно брать предложенное автором поэтическое и довольно абстрактное высказывание какой-либо выдающейся личности и предлагать свою собственную интерпретацию этой цитаты в виде фотографии.

«Поле интерпретации было достаточно широким. Да, у меня были четкие якоря в виде дней недели и фраз, которые предлагалось визуализировать. Но вряд ли можно считать фразу "Я ухожу в лес, чтобы потерять себя" (цитата неточная) прямой технической инструкцией. Я считаю, что вольная интерпретация и была одной из важных составляющих в рамках данной инструкции,» — делится опытом Дмитрий Штифонов, штатный фотограф «Площади мира» и один из участников проекта.

Всего в изначальной версии проекта участвовали около 20 авторов, параллельно работавших над фотографиями. «В первую очередь, мне понравилась эта связь с другими людьми, пусть она и не была прямой. Для меня ценно работать в поле фотографии бок-о-бок с другими людьми, другим видением. Это позволяет по-новому взглянуть и на свою фотографию. Я не видел автора инструкции, не разговаривал с другими участниками этого проекта, но смотря на итоговый результат, было ощущение будто мы добились результата все вместе, а не каждый по отдельности», — рассказывает Дмитрий. «ПО-ВТ-CР-ЧЕ-ПЯ-СУ-ВО» можно пополнять новыми работами. На самой экспозиции для них специально оставлено место.

Громкоговоритель, спрятанный в основании шкафчика

Тим Тецнер/Роман Бобрышов



Творчество Тима Тецнер развивается вокруг музыкального андеграунда и истории искусства. Его идея для выставки в Красноярске — это одновременно и путешествие в историю искусства, и открытие визуальных параллелей между арт-объектами и артефактами уличной культуры. Инструкция предполагала создание саунд-системы, внешне схожей с работами Луизы Невельсон, в основном выкрашенными в черный матовый цвет — единственный обязательный элемент. В остальном то, как инсталляция будет звучать и выглядеть, ограничивалось лишь фантазией сибирских исполнителей.

Созданием инсталляции занимался красноярский музыкант Роман Бобрышов — он уже не впервые озвучивал экспозиционное пространство Музейного центра: в Ротонде Памяти и Славы звучат композиции и работы дуэта «Тефида и Океан», частью которого он является. Основа инсталляции — переосмысленные и пересобранные объекты с историей. Ее собирали из обломков декораций Театра музыкальной комедии и старой мебели, использованной в выставке «Рефлексия» и изначально найденной по объявлению. На той выставке все предметы были белыми — в новой инсталляции они были перекрашены в черный. Музыкальная составляющая проекта — звучащие из 12 небольших динамиков треки с предстоящего альбома коллектива audio/kino, в состав которого, помимо Романа, входят Анна Бобрышова и Николай Балышев. Звучание было адаптировано таким образом, чтобы музыка «перетекала» по всему пространству инсталляции.

5 миниатюр, 15 дуэтов

Уильям Энгелен/Тигран Мгерян



Уильям Энгелен — художник, не ограничивающий себя определенным жанром и художественным методом. Его проекты включают звуковые инсталляции, изобразительное искусство, хэппенинг, перформанс и музыку. Особое внимание он уделяет отношениями между звуком и окружающей средой, контекстом воспроизведения. Музыкальные произведения Энгелен, как правило, оформляются графически и рассчитаны на творческую интуицию исполнителя.

Идея Энгелена для «Очумелой выставки» — листы без тональности, нот, пауз для пяти произведений, по которым можно сыграть 15 различных произведений. Нотный стан означает лишь необходимость воспроизводить звуки. Кроме того, листы необходимо сложить по инструкции и, разложив их на столе, представить, что это — мелкомасштабные модели архитектурных сооружений, а исполнителю предстоит перемещаться среди них.

Подписывайтесь на нас в