Алтайский край в нашей стране считают аграрным регионом. Конечно, те, кто отличает его от Республики Алтай. Но до середины XIX века эта территория была преимущественно промышленной и существовала за счет добычи и выплавки различных металлов. Сегодня об этой странице истории нередко забывают. Помочь вспомнить о былой славе мог бы комплекс Барнаульского сереброплавильного завода, однако после различных злоключений его здания пришли в упадок. За почти три сотни лет завод успел побывать лесопилкой и спичечной фабрикой. Последняя просуществовала до конца 90-х годов прошлого века, поэтому в народе эту территорию до сих пор называют «Спичкой».
До 2022 года в здании первой плавильной фабрики работала театральная площадка «Спичка», сейчас в одном из новодельных зданий открыт бар. Иногда территория оживает на несколько дней и наполняется людьми — последние два года летом там проходит «Сибиризация», музыкальный фестиваль под открытым небом, а 2023 году площадка даже принимала чемпионат по дрифту «Дикий кубок».
Чтобы познакомиться с историей сереброплавильного завода и спичечной фабрики Юлия Шеламова встретилась с краеведом Данилом Дегтяревым. А барнаульский архитектор Александр Деринг рассказал ей о современном состоянии зданий и поделился своими надеждами на будущее.
Медь, серебро, лесопилка и спички
Барнаул ведет свою историю с 1739-го — в этот год на месте будущего города началось строительство плотины демидовского медеплавильного завода. Место для предприятия выбрали не случайно. «Что тогда нужно было для металлургии? — объясняет краевед, кандидат исторических наук Данил Дегтярев. — Нужна была речка, чтобы ее запрудить и потом сбрасывать оттуда воду на колеса, нужен был лес для того, чтобы выжигать древесный уголь, и нужна была руда, чтобы потом из нее выплавлять металл. И в Барнауле два из трех факторов были». Руды в окрестностях города не было, ее подвозили к заводу с месторождений. В 1744 году частный завод Акинфия Никитича Демидова был открыт и получил название «Барнаульский», по названию речки Барнаул, которую впоследствии переименовали в Барнаулку.
Медеплавильный завод проработал совсем недолго, потому что в алтайской руде обнаружили серебро, и выплавлять его, конечно, было выгоднее. Эта новость привлекла внимание российской императрицы Елизаветы Петровны. «Она очень любила роскошную жизнь: балы, платья и так далее, — продолжает Данил. — Ей нужна была уйма денег на все это — а тут серебро обнаружили. Значит, надо серебро к рукам прибрать». Права на разработку и добычу серебра тогда принадлежали Акинфию Демидову, но в 1745 году он скончался. Вместе с предприятием он оставил своим наследникам большие долги, и два года спустя предприятие вместе с рудниками перешло в руки императрицы. В 1751 году Барнаульский сереброплавильный завод становится крупнейшим подобным производством в Российской империи.
Кроме того, на заводе были небольшие вспомогательные цеха: медеплавильный, лесопилка, мукомольня, кирпичный и стекольный заводы. На всех этих предприятиях, включая доставку руды, работали несколько тысяч человек, а непосредственно на заводе — несколько сотен. С конца XVIII до середины XIX века предприятие давало не менее 16 тонн чистого серебра в год. Все это поступало на монетный двор для чеканки монет Российской империи. «Когда вы берете в руки царскую серебряную монету, с большой долей вероятности эта монета из барнаульского или алтайского серебра. Барнаульский был крупнейшим, как бы головным заводом, больше половины серебра выплавлялось здесь» — рассказывает краевед.
Но в середине XIX века ситуация изменилась: технологии, которые применялись при добыче серебра, устарели, мировые цены на этот металл упали, а рудники истощились. Еще одним фактором, приведшим к снижению рентабельности завода, стала отмена в 1861 году крепостного права: ведь на царских заводах, барнаульском в том числе, работали приписные крестьяне, а теперь им тоже нужно было платить. Постепенно завод начал снижать объемы производства, и к 1893 году, после затяжного кризиса, он был признан убыточным и закрыт.
Нужно было решить, что делать с производственными постройками. Изначально корпуса были деревянными, но частые наводнения смывали их, пожары, возникающие на опасном производстве, сжигали, а болотистые почвы долины Барнаулки приводили к гниению дерева. В начале XIX века было принято решение возвести кирпичные постройки. «Как мы себе представляем производственные корпуса? Как серые мрачные коробки, — рассуждает Дегтярев. — А это были буквально дворцы: с колоннами, фронтонами, лепниной, украшениями. Конечно, они соответствовали и производственным нормам: толстенные стены, мощнейший фундамент, гидроизоляция была металлическая. Но они и эстетически были очень красивые». Специальная комиссия, которая должна была оценить состояние зданий для принятия дальнейшего решения об их эксплуатации, признала здания прочными, и завещала им прослужить еще несколько веков.
В поисках получения прибыли без добычи драгоценных металлов в некоторых корпусах запустили царский лесопильный завод. Кроме того, окрестные земли и леса начали сдавать в аренду. После революции 1917 года Царский лесопильный завод стал Государственным лесопильным заводом № 13 и продолжал оставаться крупным деревообрабатывающем производством.
В 1941 году началась массовая эвакуация промышленности из западных регионов СССР в Сибирь. Среди прочих, в Барнаул переезжает фабрика «10 лет Октября» из белорусского города Речица. «Логичное решение. Где разместить спичечную фабрику? Там, где уже есть деревообрабатывающее производство — лесопильный завод, — объясняет краевед. — Так с 1942 года запускается Барнаульская спичечная фабрика, которая проработает следующие полвека».
В конце 1990-х годов Барнаульская спичечная фабрика банкротится, разоряется и закрывается. Фабрика стала последним предприятием на этой территории, поэтому местные продолжают называть ее «Спичкой». «Наша спичечная фабрика отличалась тем, что печатала коллекционные коробки: с городами, с архитектурными памятниками, с гербами, с оружием, с изображениями Барнаула. То есть выпускали не только сами спички, но и коробки эстетически интересные» — вспоминает Данил.
Интеллигенция взялась за пилы
В 2015 году барнаульский архитектор Александр Деринг придумал и воплотил в жизнь волонтерский проект «Субботники на Спичке». «Проект возник по моей инициативе, в связи с моими мыслями и печалью, — вспоминает Александр Деринг. — У меня была возможность посещать территорию, и во время очередного посещения я увидел, что ценные исторические постройки очень плотно заросли кленами. Там были просто джунгли! Корни уже начали проникать в фундамент, в стены здания и разрушать их, а я как архитектор понимаю, чем это грозит. Тогда у меня возникла идея проведения субботников. Я даже не думал, что они станут проходить регулярно, практически каждую субботу». Александру удалось договориться с собственником о пропуске волонтерской бригады на территорию «Спички», чтобы хотя бы спилить клены, освободить здания от зарослей. Создатель проекта преследовал несколько целей: помимо очистки территории, субботники дали возможность мониторить состояние построек, а также знакомить барнаульцев с историей завода и фабрики.
В момент зарождения проекта городские власти относились к нему с осторожностью. Комментаторы в социальных сетях обвиняли Деринга в корысти, считали, что таким образом он хочет получить новые заказы. «Я тогда еще был наивный. Читал комментарии, даже переживал, — вспоминает Александр. — Но в какой-то момент это стихло. Всем стало понятно, что никакой корысти тут нет, идет настоящая волонтерская работа. Люди туда ходят по зову души». Многие барнаульцы приходили на субботники, чтобы своими глазами посмотреть на закрытую в остальное время территорию. Внести свой вклад в ее очищение хотели люди разных профессий. Костяк волонтерской группы составили краеведы, историки, преподаватели ВУЗов, фотографы. Также по субботам на «Спичку» приходили маркетологи, экономисты и домохозяйки вместе с детьми. «На наших глазах дети выросли: пришли к нам школьниками, а сейчас уже дипломировались, окончили ВУЗ, стали взрослыми людьми. Все-таки 10 лет прошло, — делится Александр. — Если пришел к нам парень в 14-16 лет — он как раз сейчас окончил школу и институт. У одного волонтера я был даже руководителем дипломного проекта».
Первые три года волонтеры приходили на «Спичку» каждую субботу, невзирая на снег, дождь и морозы. «И мы пилили, как сумасшедшие, эти клены, потому что действительно нужно было выполнить большую, довольно тяжелую работу. Борьба была сложная». Со временем команда начала обрастать инвентарем: покупали на собственные средства, многое получали в дар. В итоге на базе «Субботников на Спичке» образовалась сообщество неравнодушных горожан. Тогда Александр Деринг понял, что это уже не просто волонтерский проект.
Самые активные участники субботников решили сделать фестиваль, посвященный этой территории. «Я придумал название "ФАБРИКАЗАВОД", потому что фабрика спичечная и завод сереброплавильный. Совместил два этих слова, — объясняет Деринг. — Итогом фестиваля должны были стать предложения, что делать с этой территорией, с этими зданиями, как можно было бы их под что-то современное приспособить». Возникли масса интересных идей: участники предлагали сделать в одном из корпусов музейную экспозицию, креативные пространства для ремесленников, дизайнеров и архитекторов, небольшую гостиницу и офисы, а также кафе и рестораны, чтобы после реставрации здания окупались. Организаторы фестиваля зафиксировали эти идеи, передали властям и собственникам. Фестиваль прошел трижды.
В 2025 году проекту «Субботники на Спичке» исполнится 10 лет. Его участники планируют отметить это событие масштабно, на одной из концертных площадок города или непосредственно на территории «Спички», если удастся договориться с собственником.
Живем надеждами
Многие здания заводского комплекса дошли до наших дней в неплохом состоянии: кузница и обжигательная фабрика конца XVIII века, важня, в которой взвешивали руду; частично сохранились первая и вторая плавильные фабрики. Но последние 25 лет постройки практически не использовались, а заброшенные здания всегда разрушаются быстрее.
Комплекс сереброплавильного завода — памятник архитектуры федерального значения. Кроме того, это самые ранние городские постройки Барнаула, дошедшие до наших дней. «Это историческое место, связанное с деятельностью большого количества выдающихся людей. Начиная от Ивана Ивановича Ползунова, создателя первой российской паровой машины, заканчивая героями соцтруда советского времени, — подводит итоги краевед Данил Дегтярев. — Именно поэтому данное место, на мой взгляд, правильно было бы сравнить по его значению для истории города с Кремлем для Москвы или с Петропавловской крепостью для Санкт-Петербурга. Да, он не похож на московский, но тем не менее, наш кремль — это завод».
Кроме того, сохранившиеся здания — памятник эпохи классицизма. Над его созданием трудились многие архитекторы, в том числе Андрей Молчанов и Яков Попов. Они учились у знаменитого Карла Росси и принесли в Барнаул эту культуру и стиль. «Почему иногда это пространство называют уголком Петербурга? — объясняет Деринг. — Потому что ворота с колоннами между зданием филармонии и нынешнего краеведческого музея — полная копия Аничкового дворца в Петербурге на Невском проспекте. Взяли оттуда проект, перенесли, по нему же построили въезд на эту территорию».
Главная же ценность памятника состоит в том, что это место зарождения Барнаула, и один этот факт требует сохранения комплекса зданий сереброплавильного завода. «И, конечно, сами здания, которые дышат стариной, обладают магнетизмом. Когда проходишь мимо, хочется поклониться, поздороваться — делится архитектор Александр Деринг. — Вот почему я и стал этим заниматься».
Художник Иван Быков
Художник Иван Быков
Наработки, собранные участниками фестиваля «ФАБРИКАЗАВОД», не остались незамеченными. Собственник территории Евгений Ракшин начал подготовительный этап реставрации — проектирование. Для этого он пригласил московскую компанию КБ «Стрелка» и петербургское бюро «Люди Архитектс», которые работали над проектом «Новой Голландии» в Санкт-Петербурге. «Обе фирмы брали у меня интервью, подолгу со мной разговаривали, обсуждали, я им транслировал наши мысли, — вспоминает архитектор. — В итоге сделали вполне толковый проект. Теперь мы ожидаем, когда его опубликуют, презентуют городу. Городским властям его уже показывали».
В интервью алтайскому изданию ALTAPRESS в июне 2024 года собственник территории Евгений Ракшин рассказал о некоторых планах по наполнению этой территории. Например, во второй плавильной фабрике планируют открыть фуд-холл с 30-ю концепциями. Также есть желание обезопасить берега Барнаулки, протекающей по территории. Из самых грандиозных планов — запуск фуникулера в Нагорный парк, который объединил бы пешеходную улицу Мало-Тобольскую и набережную Оби.
В 2030 году Барнаулу исполнится 300 лет. Александр Деринг надеется, что к этому времени собственник успеет сделать хотя бы половину работ по реставрации комплекса, чтобы можно было отметить юбилей города там, где он зародился.
2199
05 Декабря 2024
Материалы по теме