Иван Ларионов: «Без риска точно ничего не получится»

История самого успешного сибирского фестиваля Street Vision, рассказанная его основателем

В 2012 году Иван Ларионов с друзьями арендовали помещение бывшей типографии и провели первый Street Vision — выставку стрит-арта с выступлениями местных ди-джеев. Тогда на мероприятие, которое не рекламировалось вообще никак, пришло 700 человек. В 2017 году — уже больше 5000. За несколько лет проект разросся до полноценного фестиваля современного искусства с экспозициями, перформансами, маркетом, образовательной программой, выступлениями молодых исполнителей хип-хопа, техно, хауса, пост-панка, танцевальными баттлами. Сюда приезжали с мастер-классами и концертами Покрас Лампас, Антоха МС и Тимофей Радя. Street Vision из локального события очень быстро превратился в самый успешный фестиваль региона, «образцовый кейс» и точку сборки для креативной молодежи со всей Сибири. А началось все с Томского интернета, звукозаписывающей студии и серии хип-хоп вечеринок. Иван Ларионов поделился всей историей в подробностях.

Однажды я услышал рэп.

Потом увидел брейк-данс, граффити — так полюбил хип-хоп культуру. Это произошло в 2000 году, мне было 12 лет. Я собирал музыку, носил соответствующую одежду, катался на скейте. Мне кажется, эта волна тогда пронеслась по всей России. Мне было близко то, о чем читали рэп. Я вырос без отца, и рэперы стали мне старшими братьями — я охотно перенимал их модели поведения. Когда немного повзрослел, сам начал читать рэп.

В то время был популярен Томский интернет — внутренняя сеть города, уникальное явление для России. Там были потрясающие залежи информации. В частности, большой систематизированный архив музыки, откуда ее можно было скачивать целыми альбомами. Еще был хип-хоп форум — люди знакомились по интересам, общались, встречались в реальной жизни — так начало образовываться сообщество.

Потом появилась звукозаписывающая студия.

Есть человек-легенда, первопроходец хип-хопа и граффити в Томске — Слава Малой. Он для нас, своих друзей и других знакомых рэперов, открыл студию, где можно было записываться бесплатно. Этот социальный проект появился примерно в 2008 году. В то время окончательно сформировалось томское хип-хоп комьюнити — хотя таких слов тогда еще не было.

В музыке я не был лучшим, но мне нравилось, как мои друзья читают рэп. Хотелось, чтобы об этом узнало больше людей. Поэтому я сделал серию роликов «Пока все на улицах» — такая аллюзия на «Пока все дома». В общем, был тем, кого сейчас называют видеоблогером. Вышло 12 выпусков — я сам записывал на мыльницу видеоряд, монтировал, закачивал на болванки и распространял. Мне нравилось быть «проводником» и показывать творчество своих друзей.

Затем та студия закрылась, и нам нужна была новая. Я открыл ее у себя дома, буквально в шкафу — одежда отлично поглощала эхо. Купил по дешевке студийное оборудование у сомнительного продавца. Возможно, оно было краденное. Со временем квартира превратилась в проходной двор — родственники ничего мне не говорили, но самому было не комфортно. Поэтому я объединился с двумя друзьями, и мы сняли помещение в гаражном боксе в центре города. Бокс был двухэтажный, внутри — ремонт. На втором ярусе оборудовали полупрофессиональную студию, на первом сделали место для тусовок. Открыли ООО и придумали название — «Астронавт». Рядом были и другие гаражи. Постепенно в один заехали граффити-художники, в другой — ребята, которые производили что-то вручную. Сейчас это модно называть крафтом.

Фестиваль Street Vision, 2016 год. Фото: Марина Федорова
Образовался микро-кластер. Шел 2009 год — о таком еще даже не говорили.

Я, конечно, ходил на местные хип-хоп вечеринки, и в один момент задумался о том, что могу сделать лучше, но сам не решался. Поэтому привлек старшего товарища, который имел опыт в проведении мероприятий. Серию назвали Hippa People. Тусовки проходили в формате рэп-баттлов: ребята читали свои треки, судьи голосовали, а победитель забирал 5 тысяч рублей — в те времена это была значительная сумма. Мы стали на этом зарабатывать. Я понял, что у нас получаются вечеринки, но не думал, что осилим другие проекты.

Пока однажды не пришел к своим друзьям — танцевальной школе Skillz. Они базировались в бывших печатных цехах издательства «Красное знамя». Из одного зала они сделали танцевальный, а второй пустовал. Когда я его увидел, он мне показался огромным — 350 метров. Там можно было делать все, что угодно. Тогда я собрал небольшую команду единомышленников, мы оформили стены граффити, договорились с диджеем, поставили звук. О нас стали постепенно узнавать, но контента не хватало. Тогда позвали фотографов, художников, открыли чайную — все замкнулось.

Так в 2012 году появился Street Vision.

Пришло много людей — 700 человек — не смотря на почти полное отсутствие рекламы. Билет стоил 150 рублей, но были те, кто доплачивал на выходе — говорили, что это было очень круто. Мы вышли в плюс. Чтобы провести мероприятие, заняли деньги у отца одной из участниц команды. Всего 30 тысяч рублей, но мы их вернули. А на следующий год ее отец снова нас поддержал.

На окраине города мы нашли заброшенный Дом культуры и повторили Street Vision. Были концерты, танцевальные баттлы, выставки фотографий, картин, арт-объектов, фудкорт, мастер-классы. Сама площадка задавала тон — старинные советские актовые залы и подвал со множеством отдельных комнат. Каждой арт-группе по комнате — атмосфера получилась ламповая. Мероприятие шло три дня, пришло 2000 человек, приехало телевидение, о нас написали в прессе. Многие говорят, что второй Street Vision был лучшим. Наш бюджет тогда составил 85 тысяч рублей. Мероприятие окупилось, но это был последний раз, когда мы вышли в плюс. Есть видео, где мы достаем из пакетов купюры пачками, начинаем пересчитывать, сбиваемся, смеемся, снова пересчитываем. Я почти ничего не купил, зато закрыл все кредиты, которые брал на развитие студии.

В то время по всей стране в большом количестве возникали разные молодежные инициативы — «Селигер» и прочие. В том числе молодежный форум «Томский Коллайдер». Я знал, что он существует, но подробности пропускал мимо ушей. После второго Street Vision Слава Малой настоял, чтобы я туда поехал: заставил заполнить все бумаги, записал на собеседование.

Афтепати Street Vision, 2016 год. Фото: Иван Левкин
Ощущения, что я сделал что-то выдающееся, не было.

На этом форуме я впервые оказался в компании 150 молодых людей — все трезвые, у всех есть проекты, все горят своими идеями и полны сил. С нами занимались, расписание забитое, спикеры из абсолютно разных сфер делились знаниями. Я заходил в столовую, люди начинали перешептываться: «Это тот чувак из Street Vision». Представители департамента культуры, преподаватели из университетов, галеристы говорили мне, какое важное я делаю дело и предлагали сотрудничество. Представители «Российского союза молодежи» позвали меня на стажировку в Москву. Street Vision занял первое место среди всех проектов — мы получили грантовую поддержку.

Эта поездка разделила мою жизнь на «до» и «после». В Томск я вернулся для самого себя чемпионом, стал на порядок более уверенным в себе. Раньше занимался много чем: видео-съемкой, музыкой, дизайн пробовал, рэп читал, организовывал концерты друзей. Не мог выбрать, а тут осознал, что мне нужно делать то, что у меня хорошо получается. То, что оценили и признали.

На Форуме, как мне кажется, я нашел себя. Мне нравилось, что я добился успеха, не изменив себе, сообществу, в котором вырос. Напротив, мне удалось продвинуть нашу культуру. На следующий год поехал туда уже спикером. Организаторы продвигали меня как пример успеха — я стал образцовым кейсом, но меня это не напрягало. Несколько раз получал государственные гранты, но наши действия при этом никто не ограничивал и политический контент не навязывал.

Бюджет третьего Street Vision составил уже миллион рублей.

Я собрал команду — мне помогали эксперты, преподаватели из университетов. Приехало много музыкантов, художников из других регионов: Покрас Лампас, Тимофей Радя. Третий Street Vision тоже провели в «Красном Знамени», только в другом цехе на 2000 квадратных метров. В плюс в тот раз не вышли — не хватило около 150 тысяч рублей. Мы не отчаялись. Спонсоров у нас тогда не было, и сейчас нет. Ни у кого нет опыта в их поиске — деньги собираем сами. Основные затраты: материалы, аренда оборудования и привозы иногородних участников.

Зато после третьей выставки на нас вышло крупное рекламное агентство и заказало проект для Томского государственного университета, чтобы привлечь новых абитуриентов. Мы спроектировали фестиваль «Я в ТГУ» с бюджетом миллион рублей, отбили долги Street Vision, потом еще раз его провели, но в третий раз они отказались от наших услуг, решив, что справятся сами.

Пикник «Знакомство с площадкой»
Street Vision, 2017 год
Фото: Рита Волоковых и Кирилл Шинкарев
Затем началась череда неудач.

В 2015 году мы нашли помещение, начали его готовить, но там упала стена, и оно стало непригодным для проведения фестиваля. Пришлось искать новое. Из-за этого сдвинулись даты, не смогли приехать некоторые хедлайнеры — мероприятие начало разваливаться. Напряжение в коллективе нарастало, в итоге костяк команды распался. Нам удалось провести отдельные активности — некоторые хедлайнеры были уже забронированы — но полноценного фестиваля не было. Это был самый тяжелый год для меня. В 2016 я собрал новую команду. Мы провели фестиваль с еще большим бюджетом. В 2017 году бюджет был уже почти два миллиона. Последний Street Vision мы провели на открытом воздухе, и погода застала нас врасплох — лил дождь. Естественно, это сказалось на количестве гостей и общем впечатлении. Все три раза (с 2015 по 2017 год) окупиться не удалось.

На мой взгляд, наша главная ошибка — распределение бюджета.

У нас нет четкого понимания того, какой он. Затраты все время растут, на мне до сих пор висят долги за прошлые мероприятия. Всегда, когда у меня появляются свободные деньги, я стараюсь их отдавать. Обычно происходит так: проводим мероприятие вместе, на прибыль рассчитываем вместе, но долги остаются только на мне. Я всегда был к этому готов. Не знаю, насколько это правильно, но так происходит.

К тому же у всех, кроме меня, фестиваль — это не основной вид деятельности. Поэтому люди уделяли столько времени, сколько могли уделить. В рамках своих возможностей они выкладывались максимально, но этого все равно не хватало. Поэтому в этом году я нанял директора и координатора. Оба с опытом работы. Им я предложил доли в проекте. Я стратег — хорошо вижу общую картину. Вот буквально закрываю глаза и вижу, где мусорное ведро на площадке должно стоять. Поэтому в этот раз делегирую организацию, а сам возьму на себя большую часть контента.

У многих есть страх вложить и потерять, но я хочу сказать, что в этом ничего страшного нет. Без риска точно ничего не получится. У меня есть склонность к риску с самого детства — возможно, просто не осознаю всей опасности. Мне кажется, это помогает в моей деятельности. Я оптимист и всегда верю, что все удастся. Говорят, это сильно вдохновляет людей вокруг.

Фестиваль Street Vision, 2017 год. Фото: Анастасия Полугарова
Начинать с друзьями — это хорошо.

Но в будущем стоит задуматься о команде профессионалов. Должен быть человек, который будет все контролировать, призывать всех к ответственности. Я бы не хотел, чтобы кто-то повторял мои ошибки, пять лет делая мероприятие без профессиональных сотрудников.

С одной стороны, когда я начинал, в Томске не было профессионалов. Сегодня я могу найти менеджеров, которые знают, как управлять — специфика не важна. Тогда мы росли параллельно — каждый в своей сфере. С другой стороны, кайф, который я получаю от работы над Street Vision, я получаю, потому что работаю с друзьями. Я мечтаю, чтобы мы все занимались проектами, отвечающими нашим общим интересам. Чтобы все работали вместе и зарабатывали на этом. Но вовлечь тех, кто привык к стабильности, в проектную работу довольно сложно.

Сейчас у нас есть внимание молодежи, которым стоит пользоваться.

Приобретя аудиторию, я понял, что могу на нее влиять: транслировать ценности, обращать внимание на проблемы: от экологических до социальных. Я взрослею, по-другому вижу мир и хочу донести своим проектом больше, чем могу сказать сейчас. Смотрю на другие мероприятия и узнаю о новых технологиях: свете, звуке, устройстве сцены, организации площадки. Опыт других позволяет устранять недостатки в своем проекте. С другой стороны, изучение конкурентов может мешать. Я хочу, чтобы Street Vision отличался от прочих фестивалей. Еще хочу привлекать коммерческих партнеров, чтобы вывести мероприятие на новый уровень.

Street Vision
2017 год
Фото: Ярослав Бушов
Много контента — это не всегда правильно.

Правильно, когда есть «якори» — активности которые точно запомнятся: большие инсталляции, несколько хороших музыкальных шоу, потрясающие граффити-работы. Все остальное приклеится. По всем направлениям у нас есть кураторы, и раньше я не вникал, полностью им доверяя. Как правило, узнавал о том, кто выступал на фестивале, просматривая фотоотчеты. В этом году я хочу участвовать в поиске хедлайнеров. Из-за неудач последних двух лет доверие к мероприятию стало падать, поэтому в этом году надо сделать особенно качественный фестиваль. В этом году у нас будет площадка в центре. Не хочу зарекаться, но все идет к тому, что мероприятие будет крутым.

Карточка проекта

Street Vision
Рассылка

Мы не рассылаем дайджесты с материалами,
но организовываем стажировки и конкурсы.
Хотите узнавать о них первыми — подписывайтесь.

Подписывайтесь на нас в